Ценностная картина мира, оформившаяся в Новое время, стала не только «полем» рождения «новоевропейского человека», но и основой для утверждения принципиально новых подходов в осмыслении содержания культурного процесса, места и роли в нем человека. Именно в этот период оформлялись исследовательские программы, заложившие фундамент культурологии. Это было время Вольтера, Руссо, Кондорсе, Монтескье - время первых философов культуры, время осознания культуры в качестве особой реальности и способа существования человека.
Культура XVIII столетия несет на себе отпечаток «прозрения», и это прозрение часто придает ей оттенок поэтичности и одухотворенности, даже когда она к этому совсем не стремится. Развитие свободной критической мысли порождает ту «улыбку разума», которая согревает самые острые идеи Фонтенеля, самые саркастические выпады Монтескье и Вольтера. Зарождающееся новое мироощущение пронизано чувством радости бытия. Это очень своеобразный оптимизм, оптимизм без иллюзий, видящий действительность и понимающий все иронически-трезво. Письма и дневники, поэзия и драматургия того времени изобилуют вполне серьезными размышлениями в духе Паскаля по поводу всеобщего зла, уродливости общества, несовершенства человеческой натуры.
И все же в общем бесспорно преобладает убеждение или ощущение, что человек глубоко счастлив от природы самым фактом своего бытия, а «быть» и означает в конце концов быть счастливым.
Конец XVII в. и начало нового столетия совпадают с небывалым до того подъемом неверия и равнодушия к новокатолической морали контрреформации, к морали обуздания и подчинения, «отчуждения» человека от самого себя. Появляются такие острые антиклерикальные издания, как «Воинствующий философ» (между 1706 и 1711); в это же время Жан Мелье тайно пишет свое знаменитое «Завещание». Подспудная работа вольномыслия выходит наружу и бурно распространяется после смерти Людовика XIV в 1715 г. Здесь следует выделить лишь один момент: совершенно новое для людей ощущение легкости и раскованности, поначалу слегка неуверенное и удивленное, но уже волнующее и опьяняющее. Сладость жизни, радости сердца и услаждения души неодолимо привлекают к себе помыслы людей, как наиважнейшие жизненные ценности, истинно человеческие, естественные, свободные от сурового духовного ригоризма (Лавис Э. и Рембо А. Всеобщая история с IV столетия до нашего времени. Т. 7: XVIII век).
Однако XVIII век начинался в сложной и противоречивой духовной атмосфере. Бурное развитие критического разума, опрокидывающее старые нормы идеологии и морали, с одной стороны, вызвало резкую консервативную реакцию, а с другой стороны, долгое время воспринималось с бездумной легкостью старой, умирающей аристократической культурой, которая надеялась найти удобное оправдание своей расслабленности и своего усталого скептицизма в новых лозунгах просвещенной свободы, беспощадной насмешливости и презрения к предрассудкам. Французское искусство XVIII в. обнаруживает напряженное, многообразное соотношение и взаимодействие духовного аристократизма и трогательной человечности, формальной изощренности и безыскусственной свежести, мечтательной рефлексии и острой наблюдательности, светской условности и всепроникающей иронии.
Новый век стремился и страстно желал взглянуть на природу и человека взглядом простым, ясным, спокойным и разумным. Само это страстное желание показывает, что такой взгляд был долгое время мечтой и стремлением, а не свершившимся фактом. Гармоничный «золотой век» всеобщего счастья рисовался теперь уже не далеко позади, а где-то впереди, но немногие отваживались уверенно и бодро предсказывать его скорое наступление. Начало столетия было периодом обещаний и надежд.
По крайней мере с 80-х годов XVII в. «классический» культ героя и воителя, превращающийся в напыщенный штамп, начинает уступать дорогу беспокойным поискам новых ценностей и переоценке старых. Писатели и мыслители стремятся все более трезво взглянуть на реальное место человека в мире, начинают говорить о слабости и эфемерности того, кто провозглашался центром мироздания и венцом творения, хотя выводы из этих новых идей могли быть совершенно различными: от необузданного и торопливого «жуирования» жизненных благ в манере герцога Орлеанского до элегантного и светского квиетизма Фенелона. И самое главное, в горниле скепсиса закаляется то мужественное, трезвое, лукаво-мудрое, очистительное здравомыслие, которое стало путеводной звездой культуры XVIII столетия (Васильев В. История философской психологии; Антисери Д., Реале Д. Западная философия от истоков до наших дней. От Возрождения до Канта).
Другие статьи:
История Тюмени
Тюмень – первый русский город в Сибири. Основан как острог в 1586 году воеводами И. Мясиным и В. Б. Сукиным в устье реки Тюменка (приток Туры), на месте возникшего в 14 веке татарского города Чимги-Тура, взятого Ермаком в 1581 году. Первы ...
Экзистенциалистская концепция культуры
Экзистенциализм – философия жизни. Это направл получ распростр в 30-60 гг. XXв. В странах Западной Европы. Классиками счит. М. Хайдегер, К. Ясперс, Ж-П. Сартр, А. Камю. Экзистенциализм возник как реакция на кризис гумманизма, как выраз со ...
Экологичность проекта
Технология плазменной резки является прогрессивной, т.к. снижает трудоемкость производства при минимальной численности производственного персонала, решает социальные вопросы, освобождая человека от вредных условий труда и уменьшая долю ру ...